Каталог статей

Главная » Статьи » Мои статьи

Постепенно полякам удалось распространить свое влияние на основную часть украинского дворянства,но они не смогли добиться того же с казаками
Казаки принимали активное участие в этой колонизации; более того, к концу XVI века им удалось организовать собственную военную общину еще южнее, за пределами территории оседлой сельскохозяйственной жизни. Вельможи и мелкопоместное дворянство охотно приобретали земельные угодья в новом регионе. Когда это было необходимо, они подкрепляли свои права, заручившись особой грамотой великого князя. После Люблинской Унии польские дворяне расширили свои владения до Украины. Но еще до 1569 г. некоторые из польских дворян, связанных с польской Подолией, например Ланцкоронские, принимали участие в казацких делах. Приобретая земли на Украине, дворяне стремились занять должности в местной администрации, что возлагало на них ответственность за защиту Украины от татар. Великий князь не помогал им финансами, лишь направлял в эти районы небольшие отряды военных. Дворяне, входившие в администрацию, должны были для строительства крепостей и содержания вооруженного ополчения использовать доходы от местных налогов и поместий. Казаки вполне подходили для такого ополчения, и "старосты" (наместники) украинских земель стали формировать из них вооруженные отряды. Одним из наиболее выдающихся деятелей Южной Украины был князь Богдан Федорович Глинский, староста Черкасс. В 1493 г. он с отрядом казаков совершил набег на турецкую крепость Очаков. Позднее предводителем приграничных казаков был Остафий Дашкевич, потомок киевских бояр. В 1503 г. он бежал в Москву от опалы великого князя Александра и поступил на службу к Ивану III. В 1508 г. сын и наследник Ивана III, Василий III, послал Дашкевича в Литву на помощь князю Михаилу Львовичу Глинскому, выступившему против великого князя литовского. После поражения Глинского Дашкевич перешел на сторону литовцев. В 1514 г. он был назначен наместником Черкасс и занимал эту должность вплоть до своей смерти в 1535 г. Чтобы отражать набеги татар, Дашкевич собрал казачье войско, которое иногда участвовало и в военных действиях против Московии. В 1515 г. он присоединился к походу крымского хана на Москву, взяв на себя взятие Чернигова и Новгорода-Северского. Однако это ему не удалось. Дашкевич поддерживал хана и в 1521 г. Среди наместников польской Подолии, которые в тот период организовывали казаков для защиты Украины, были Предслав Ланцкоронский, наместник Хмельника, и Бернат Претвич, наместник Бара. И литовское и польское правительства, желая использовать казаков как пограничные вооруженные силы, не позволяли создавать им собственную независимую организацию. Но отказывая казакам в этом, трудно было сделать из них постоянную военную силу. Первым западнорусским вельможей, который не только расценивал казаков в качестве потенциальной военной машины на службе у литовского правительства, но и увидел в них независимую социальную группу, был наместник Черкасс князь Дмитрий Иванович Вишневецкий. Более того, он сам считал себя казаком и хотел стать их предводителем. Это дает нам ключ к пониманию характера его авантюрных и трудно поддающихся объяснению поступков. Вишневецкий был назначен наместником Черкасс в 1551 г. Через два года он направился в Константинополь и предложил свои услуги султану. О мотивах этого шага можно только догадываться. Грушевский думает, что Вишневецкий пытался найти у султана защиту от крымских татар. Если это так, то он, должно быть, вскоре разочаровался, потому что в 1554 г. вернулся в Черкассы. Как уже было сказано, Вишневецкий сотрудничал с Москвой на протяжении пяти лет (1556-1561 гг.), а затем вновь вернулся в Черкассы. Но ненадолго: в 1562 г. он отправился в Молдавию и вмешался в борьбу между двумя соперничающими претендентами на молдавский трон. Группа молдаван предложила стать господарем самому Вишневецкому, но те, кто его поддерживал, вскоре потерпели поражение. Вишневецкий был взят в плен и отправлен в Константинополь, где в 1563 г. был казнен. Из этого краткого очерка его карьеры может показаться, что он был политическим авантюристом, свободно менявшим господ. Однако во всех его действиях ясно различим один мотив: организовать казаков для борьбы против татар и турок (он понимал, что их следует рассматривать как единое целое). Он сотрудничал с Москвой, планируя уничтожить Крымское ханство. Увидев, что внимание царя переключилось с Крыма на Ливонию, он покинул Москву и вернулся в Литву. Здесь он столкнулся с той же политикой: литовцы также ориентировались на Ливонию. Затем он отправился в Молдавию, которая находилась под протекторатом султана. Посадив подходящего человека на трон господаря или обеспечив этот трон для себя, Вишневецкий мог надеяться, что удастся отделить Молдавию от Турции. Личность Вишневецкого поразила воображение украинского народа, и он стал любимым героем казацкого эпоса под именем Байда.Несмотря на провал его плана создания казацкой твердыни в районе Днепровских порогов, он вдохновил на это дело новых казаков. Мы располагаем точными свидетельствами, что через двадцать пять лет после попытки Вишневецкого казацкая сечь прочно утвердилась "за порогами" (Запорожье). Время от времени сечь перемещалась с одного днепровского острова на другой, она существовала как постоянное образование. Название происходит от соответствующего глагола, обозначающего "сечь", "py6ить": место, защищенное срубленными деревьями, "деревянная крепость", как объясняет это название Д.И. Дорошенко. В 1581 г. сечь располагалась на днепровском острове Томаковка, ниже Хортицы. К 1594 г. ее переместили на остров Базавлук, еще ниже по течению. Именно здесь обнаружил казаков посланник императора Рудольфа II Эрих Ласота (Ляссота) и заключил с ними договор. Согласно Ласоте, в Запорожье было 3 000 казаков, и еще несколько тысяч на Украине. Запорожские власти считали, что у них в распоряжении 6 000 казаков, готовых для дальнего военного похода. Ласота провел в сечи почти месяц (с 9 июня по 2 июля 1594 г.) и ознакомился с казацкой организацией. На основании сообщения Ласоты и других современных ему свидетельств мы можем заключить, что сечь в этот период представляла собой военный лагерь и являлась главным центром независимых казаков (хотя они номинально признавали суверенитет короля Польши). Запорожская община называлась "кош", слово в древнерусском языке обозначало "лагерь" и происходило, по всей видимости, из тюркского. Кош делился на несколько частей, каждая из которых называлась "курень" (по-украински - куринъ). Это название происходит из монгольского языка, в котором слово kuriyen обозначает палаточный лагерь, разбитый в форме большого круга. Люди каждого казацкого куреня жили в специальных помещениях. Во времена Ласоты такая казарма делалась из плетня и покрывалась лошадиными шкурами; в каждой казарме проживало 150 человек. Пищу составляли рыба и хлеб из просяной или пшеничной муки. Хотя из некоторых своих военных набегов казаки привозили много золота, серебра и прочей добычи, настоящей ценностью для них были только дорогое оружие и скакуны. Главу казацкой армии часто называли "гетманом" - титул, который носили командиры польской и литовской армий. Более точно, предводитель казаков назывался атаманом коша - кошевым (по-украински - кошовый). Командир каждого куреня был известен как куренной атаман. Во время военных кампаний казацкая армия подразделялась на полки. Во главе каждого полка стоял полковник. Полк состоял из пяти сотен, каждая - под командованием сотника. Сотня подразделялась на десятки. К высшим должностным лицам в казацкой армии относились также писарь, обозный и есаулы. Высшие должностные лица избирались на общем собрании, известном как коло, или рада. Рада же могла в любое время и отстранить кого бы то ни было от занимаемой должности. Во время войны неограниченной властью обладал кошевой атаман. Запорожская армия была хорошо организована. У нее были собственные знамена, военный оркестр, своя казна, артиллерия, речная флотилия и лошади. Флотилия состояла из легких кораблей, построенных самими казаками, и галер, захваченных у турок. Ко времени визита Ласоты у казаков было пятьдесят легких кораблей, на каждом из которых помещалось около тридцати человек. Ремонтные лошади содержались на острове Хортица. Казаки рассказали Ласоте, что в прошлом году татары захватили более 2 000 лошадей, а у них в то время оставалось всего около 400. В современной исследовательской литературе поднимается вопрос о влиянии на военную тактику казаков методов ведения боевых действий, которые использовали чехи, служившие в Польше и Литве. Возможно, некоторые казаки были знакомы с этими методами, но нет подтверждений тому, что они переняли чешскую практику. Наиболее важные дела казацкой общины, особенно договоры с иностранными державами, предварительно обсуждались на совете высших должностных лиц, известных как старшины. Таким образом, когда Ласота привез запорожским казакам предложение императора о союзе, они разделились на два кола - старшин и черни. Сначала между двумя радами было много разногласий, но в конце концов возобладала точка зрения старшин. Противоречие между старшинами и рядовыми казаками проходит через всю последующую историю казачества. Несмотря на это, правление в Запорожье можно назвать демократическим, поскольку у старшины пока еще не было порочных конституционных или наследственных прав. Право вступать в должность имел каждый член казацкого братства. Казаки сечи называли себя "свободной запорожской армией" или "товариществом рыцарей". Сечь представляла собой воинское братство; женщинам не позволялось там появляться. Женатые казаки должны были приезжать в сечь без жен. Доступ в братство был свободен, и к нему мог присоединиться любой. Единственными условиями были преданность братству и соблюдение его правил. Исходя из тех неполных статистических данных, что мы имеем, можно предположить, что в конце XVI века около 80% запорожских казаков были западнорусскими (украинцами и белоруса ми); остальную часть составляли московиты, поляки, молдаване и черкесы. Кроме того, иногда к казакам присоединялись татары, сербы и немцы, но их число в запорожской общине было, по все видимости, незначительным. По сравнению с неорганизованным казачеством на Украине, которому можно причислить и симпатизирующих казакам крестьян, запорожских казаков было немного. Однако нам следует принять в расчет, что число запорожских казаков, данное в сообщении Ласоты (6 000), не является точно определенным. Во время крупных военных мероприятий численность казачества стремительно росла за счет наплыва неорганизованных казаков и крестьян. Мы не должны также забывать, что менялся и контингент самой запорожской общины. Казаки несли немалые потери в схватках с татарами и турками. Кроме того, многие женатые казаки проводили в сечи год или два, возвращаясь затем к своим семьям, а на смену им быстро прибывали другие. Таким образом, если мы возьмем период в десять лет, то общее количество людей, состоявших в общине в то или иное время в течение этого периода, будет значительно больше шести тысяч. Образование сечи, как независимого центра казачества, не могло не тревожить польское правительство. Казаки предпринимали частые набеги на крымских татар и на турецкие прибрежные крепости на Черном море, такие, как Очаков и Аккерман. Начиная со времен предводительства Дмитрия Вишневецкого, казаки вмешивались в молдавские дела и, таким образом, вступали в конфликт с Турцией. Султан считал казаков польскими подданными и расценивал их действия как польскую политику. Это угрожало миру между Польшей и Турцией. А этот мир Польша в то время стремилась всячески сохранить. Польское правительство, которое после Люблинской унии установило контроль над Украиной, попыталось обуздать казаков и сформировать из них регулярное пограничное ополчение, которое было бы преданным королю и которое стали бы возглавлять офицеры, назначенные королем. Первая попытка сделать это была предпринята в 1572 г., в последний год правления Сигизмунда Августа. Создание пограничного войска было поручено полабскому гетману Ежи Язловецкому. Он организовал небольшой отряд казаков (300 человек) и назначил их командиром польского дворянина. Казакам было обещано жалование. Отряд просуществовал около трех лет, а затем был расформирован - нечем стало платить жалование. В 1578 г. король Стефан Баторий организовал под командованием наместника Черкасс, князя Михаила Вишневецкого (родственника князя Дмитрия Вишневецкого), казацкий полк из 500 человек. Это были первые казаки, "зарегистрированные" на польской службе. Во время войны Батория с Москвой (1579-1581 гг.) Михаил Вишневецкий и другие украинские вельможи предприняли несколько набегов на Северскую землю. Под началом Вишневецкого служили как "зарегистрированные", так и остальные казаки. Другие дворяне рекрутировали отряды казаков под своим командованием. Такими группами казаков командовал их собственный атаман - ватажок. Эти отряды состояли из конников и большей частью из пеших воинов. Вероятно, они насчитывали около двух тысяч человек. Они полностью разорили район вокруг Стародуба и другие части Северской земли. Баторий призывал запорожских казаков присоединиться к его основной армии, которая в то время осаждала Псков, но они отказались. Следует также учесть, что около пятисот донских казаков в то время находилось в Пскове, помогая псковским и московским войскам оборонять город. Их атаманом был днепровский казак из Черкасс, которого поляки называли Мишко. После окончания войны казачий отряд Вишневецкого был расформирован. Оставшиеся без дела казаки пустились на поиске новых приключений. Тем временем запорожские казаки, которые не участвовали в войне Батория против русского царя, вынашивали свои собственные планы борьбы с татарами и турками. Случилось так, что как раз в этот момент они получили поддержку с запада. Папа и император искали союзников для войны с турками. Слухи о подвигах казаков распространяли, в основном, римские католические священники. Но были и другие источники. В 15841 казацкий предводитель бежал из турецкого плена и направился в Италию. Там итальянец Гамберини имел с ним беседу и записал сведения о казаках. Он отметил, что их кавалеристы и пехотинцы - хорошие воины, и что среди казаков можно в случае опасности навербовать 15 000 человек для военных действий. Однако среди казаков война с Турцией занимала далеко не всех. Осознавая свою теперешнюю силу, казаки решили уладить свои внутренние дела. Признавая короля Польши (по крайней мере, формально) своим сюзереном, они тем не менее не хотели мириться с произволом дворян и местных королевских чиновников. Украинские крестьяне выражали готовность поддерживать казаков в борьбе с феодалами. Кроме того, нападения на дворянские поместья сулили казакам большую и легкую добычу. Награбленное в набегах на Северскую землю вселило в них желание получить еще больше. В 1591 г. на Киевской земле произошло казацкое восстание под предводительством мелкопоместного дворянина из Подляшья Криштофа Косинского. Известно, что в 1586 г. Косинский был в Запорожье. Зимой 1592-1593 гг. казаки появились на Волыни. В январе 1593 г. под Житомиром их встретило войско мобилизованного волынского дворянства, во главе которого стоял престарелый князь Константин Константинович Острожский. В этой схватке казаки потерпели поражение. Говорилось, что они потеряли две тысячи человек и двадцать шесть пушек. Косинский сдался и был прощен Острожским. Казаки обещали вернуться в Запорожье и сидеть там тихо. Они ушли, но немедленно стали готовиться к еще одной кампании против Польши, очевидно, рассчитывая на помощь Москвы. Наместник Черкасс князь Александр Вишневецкий докладывал польскому правительству, что Косинский и вся запорожская армия направили царю Федору послание с просьбой принять казаков под свою защиту. Царь им отказал, но, согласно А. Вишневецкому, тем не менее послал в Запорожье деньги и продовольствие. Летом 1593 г. две тысячи запорожских казаков во главе с Косинским поднялись вверх по Днепру и осадили Черкассы. Вишневецкий докладывал канцлеру Яну Замойскому, что он осуществил удачную вылазку и разбил казаков. Косинский был убит в бою. Согласно другим источникам, приближенные Вишневецкого убили Косинского в Черкассах, куда его с группой казаков пригласили для переговоров. Казаки, оставшись без предводителя, возвратились в Запорожье. При таком положении дел западная дипломатия попыталась использовать казаков в войне с турками. В 1592 г. по инициативе папы Климента VIII и императора Рудольфа возродился план коалиции христианских государств против Турции. Этот план поддерживали католический епископ Киева Юзеф Верещинский и князь Януш Острожский (старший сын Константина Константиновича). В 1593 г. папа направил к казакам хорватского священника Александра Комуловича с 12 000 дукатов в качестве предварительной платы для подготовки к турецкой войне. Комулович отправился в Подолию, где он встретился с двумя казацкими предводителями, которым, по всей видимости, и вручил деньги. Одного из этих казаков звали Северин Наливайко. Следует вспомнить, что на следующий год в Сечь, чтобы заключить с казаками договор о союзничестве, приехал посланник императора Ласота. Казаки, не долго думая, сразу же согласились поступить на службу к "Его Цесарскому Величеству". Следует вспомнить, что как южные, так и западные славяне называли австрийского императора цезарем. Эта форма западного императорского титула использовалась также в дипломатическом языке Московии (византийского императора называли царем Совет казацких старейшин, однако, отказался принять предложение императора без обсуждения точных условий соглашения. Они ссылались на трудности войны с турками, говорили о необходимости значительных субсидий на покупку пушек, лошадей и другого снаряжения. Ласота вручил казакам подарки императора: два императорских знамени, трубы и 8 000 дукатов наличными, но они не были удовлетворены и потребовали больше денег. Ласота от имени императора пообещал им дальнейшую финансовую помощь. Казаки решили направить к императору своих собственных посланников, чтобы составить определенный договор о размерах субсидий и получить аванс. Двое посланников отправились к императору вместе с Ласотой и его свитой. Тем временем Северину Наливайко, возможно, при помощи денег, полученных от Комуловича, удалось собрать сильную казацкую армию в Подолии. Наливайко был волынским горожанином (согласно некоторым источникам - мелкопоместным дворянином). Его старший брат, Дамиан Наливайко, был настоятелем церкви в уделе Константина Острожского. Сам Северин служил в течение некоторого времени в дружине князя Острожского и участвовал в январе 1593 г. в разгроме армии Косинского. Как помним, Януш Острожский поддерживал создание антитурецкого союза, поэтому можно предположить, что Наливайко было рекомендовано сблизиться с Комуловичем и набрать казаков для похода против турок. В 1594 г. Наливайко установил связь с гетманом запорожских казаков Григорием Лободой. Лобода владел землями в северной части Киевской земли, известной нам как Киевское Полесье. Его жена была из украинских дворян. Перед тем, как направиться в сечь, Лобода некоторое время командовал резервным подразделением "регистрированных" казаков. Запорожские казаки должны были воевать против турок по условиям их договора с императором. Лобода и Наливайко решили объединить свои отряды для похода против Молдавии, находившейся под турецким владычеством. Их общее войско насчитывало 12 000 человек. Эти казацкие отряды тесно взаимодействовали, но сохраняли свои отличительные черты. В конце 1594 г. казаки вторглись в Молдавию, нанесли поражение войскам молдавского господаря Арона, захватили город Яссы и разорили всю страну. Под давлением казаков Арон отрекся от турецкого сюзеренитета и дал клятву верности императору Рудольфу. Затем, в качестве союзников Арона казаки совершили набег на турецкие крепости Белгород (Аккерман) и Килию. Им не удалось захватить эти крепости, но они полностью разорили окрестные земли. После этого они отступили в Подолию, в район Браслава. Поляки не были склонны уступать императору протекторат над Молдавией. Поэтому гетман Ян Замойский ввел польские войска в Молдавию, изгнал Арона и посадил в качестве нового господаря молдавского боярина Иеремию Могилу (по-румынски, Movila), как вассала короля Польши. Будучи проницательным политиком, Могила заключил соглашение с Турцией и признал также протекторат султана над Молдавией. Но вернемся к Лободе и Наливайко. Замойский приказал им оставить Молдавию в покое и вернуться в Запорожье. Но они его не послушались, расквартировались в Браславской земле и начали требовать контрибуции с ближних дворянских земель. Получив отказ, они взяли то, что им было нужно, силой. Город Браслав признал власть казаков. В конце концов король был вынужден направить против них польскую армию под командованием гетмана Станислава Жолкевского, одного из наиболее выдающихся польских военачальников того времени. Лишь осенью 1595 г. Жолкевский достиг Браслава. Город сдался, а казацкие силы разделились. Наливайко совершил набег на несколько городов в Белоруссии, включая Могилев, а Лобода направился в Киевское Полесье. Вскоре Наливайко вернулся в Волынь. Весной 1596 г. оба они под напором армии Жолкевского вынуждены были спешно отступить в приднепровские земли и вызвать резервные войска из Запорожья. Несколько отрядов казаков сделали попытку противостоять полякам у Белой Церкви, но вскоре пришли сведения, что для подкрепления армии Жолкевского посланы новые войска из Польши и Литвы. Положение казаков было безнадежным, и некоторые из их предводителей, включая Лободу, по всей вероятности, понимали это. В мае 1596 г. Жолкевский направил к Лободе посланника, чтобы убедить того прекратить мятеж. Ответил ли ему Лобода - неизвестно. Казаки переправились через Днепр и двинулись на восток, за ними последовало много крестьян со своими семьями. Среди казаков, потерпевших поражение, начались раздоры. На шумной раде в Переяславле Наливайко был отстранен от власти, а Лобода был провозглашен единовластным командующим казацкими войсками. 16 мая 1596 г. армия Жолкевского окружила казацкий лагерь в урочище Солоница недалеко от города Лубны. Вступить в бой могли не более 3 000 казаков. Кроме них в лагере были только раненые, больные, женщины и дети. У казаков оставалось всего двадцать пушек, и среди их предводителей начались новые разногласил. Лобода, которого подозревали в тайных переговорах с Жолкевским, был убит сторонниками Наливайко, и новым гетманом был избран полковник Кремпский. Жолкевский подверг казацкий лагерь артиллерийскому обстрелу. В течение двух недель казаки удерживали натиск поляков, в конце концов некоторые из них решили сдаться. Согласно условиям сдачи, казаки должны были выдать полякам Наливайко и остальных зачинщиков, а также сдать свои знамена и орудия. Кремпский отказался принять эти условия, и ему удалось бежать в Запорожье с 1500 всадников. Оставшимся казакам и их семьям было обещано прощение, но польские солдаты, разъяренные упорным сопротивлением, перебили большую часть безоружной толпы. Зачинщики были привезены во Львов и казнены там - за исключением Наливайко, которого взяли с собой в Варшаву, подвергли в тюрьме пыткам, после чего публично обезглавили. Поляки пытались закрепить свою победу с помощью чрезвычайных указов, направленных на полное подавление возможного сопротивления казаков. Весной 1597 г. сейм провозгласил казаков врагами и противниками отечества. Польскому гетману было поручено уничтожить их раз и навсегда и конфисковать их собственность. Эту программу нельзя было провести в жизнь; и четырьмя годами позже сейм был вынужден отменить это решение. Проникнуть в Запорожье, чтобы уничтожить сечь, сила которой была не в укреплениях, а в людях, было не так то просто. Даже если бы ее разрушили, она бы быстро возродилась, так как людей, заинтересованных в этом, было достаточно. В этом смысле сечь была неуничтожимой. За спиной небольшой группы вооруженных запорожских воинов стояло быстро растущее население Южной Украины. Не только крестьяне, но и мелкопоместные дворяне и многие горожане питали симпатии к казакам. Фактически все, кто страдал от правительства и вельмож, начали смотреть на казаков как на защитников прав народа. Для поляков единственным путем подорвать силу казаков было улучшение положения украинских крестьян, поддерживающих казацкое движение. Но этого поляки сделать не могли, поскольку их власть на Украине базировалась на привилегиях шляхты и закрепощении крестьян. За этим социальным конфликтом вырисовывались религиозная и национальная проблемы. Значительную часть украинской шляхты постепенно все больше и больше привлекал польский образ жизни и римский католицизм. С другой стороны, многие мелкопоместные дворяне, горожане и практически все крестьяне придерживались своей православной веры. Поляки понимали, что наиболее надежный путь - психологически приспособить западнорусских крестьян к польскому порядку с помощью подрыва традиционной религиозной независимости их церкви и подчинения ее владычеству папы.
Категория: Мои статьи | Добавил: hohol (28.01.2012)
Просмотров: 905 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Приветствую Вас Гость